Пьяница

Пьянюшкин, отставной квартальный,
  Советник Титулярный,
 Исправно насандалив нос,
В худой шинелишке, зимой, в большой мороз,
 По улице шел утром и шатался.
На встречу кум ему, майор Петров, попался.
 «Мое почтение!» — А! здравствуй, Емельян
 Архипович! да ты, брат, видно
Уже позавтракал! Ну, как тебе не стыдно?
Еще обеден нет, а ты как стелька пьян! —
 «Ах! виноват, мой благодетель!
Ведь с горя мой отец!» — Так с горя-то и пить? —
   «Да как же быть!
Вот Бог вам, Алексей Иванович, свидетель:
 Есть нечего; все дети босиком;
Жену оставил я с одним лишь пятаком.
Где взять? Давно уже без места я несчастный!
 Сгубил меня разбойник Пристав Частный!
  Я до отставки не пивал:
  Спросите, скажет весь квартал.
Теперь же с горя как напыося,
  То будто бы развеселюся».
— Не пей, так я тебе охотно помогу. —
 «В рот не возьму, ей Богу, не солгу;
Господь порукою!....» — Ну, полно, не божися,
Вот крестникам снеси полсотенки рублей. —
«Отец!.. дай ручку!..» — Ну, поди домой, проспися,
 Да чур смотри вперед не пей. —
Летит Пьянюшкин наш, отколь взялися ноги,
И чуть-чуть не упал раз пять среди дороги!
Летит ... домой? — О нет! — Неужели в кабак? —
  Да, как бы вам не так!
В трактир, а не в кабак, зашел; чтобы промена
С бумажки беленькой напрасно не платить,
 Спросил ветчинки там и хрена,
 Неможко так перехватить,
Да рюмку водочки, потом бутылку пива,
 А после пуншику стакан,
 Другой ... и наконец, о, диво!
Пьянюшкин напился уже мертвецки пьян;
К несчастию еще в трактире он подрался,
 А с кем, за что, — и сам того не знал,
 На лестнице споткнулся и упал,
И весь, как чорт, в грязи, в крови перемарался.
Вот вечером его по улице ведут
 Два воина осанки важной,
 С секирами, в броне сермяжной.
Толпа кругом. И кум, где ни возьмися, тут.
  Увидел, изумился,
 Пожал плечами и спросил:
— Что? верно с горя ты, бедняк, опять напился? —
«За здравие твое от радости я пил!»

У пьяницы всегда есть радость, или горе,
 Всегда есть случай пьяным быть;
 Закается лишь только пить —
 Да и напьется вскоре.
Однако надобно, чтоб больше пил народ:
Лоть людям вред, зато откупщикам доход.